Над этой тёмною толпой
Непробужденного народа
Взойдёшь ли ты когда, Свобода,
Блеснёт ли луч твой золотой?..
Блеснёт твой луч и оживит,
И сон разгонит и туманы...
Но старые, гнилые раны,
Рубцы насилий и обид,
Растленье душ и пустота,
Что гложет ум и в сердце ноет, —
Кто их излечит, кто прикроет?..
Ты, риза чистая Христа…
Паситесь, мирные народы!
Вас не разбудит чести клич.
К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич.
Чему бы жизнь нас ни учила,
Но сердце верит в чудеса:
Есть нескудеющая сила,
Есть и нетленная краса.
И увядание земное
Цветов не тронет неземных,
И от полуденного зноя
Роса не высохнет на них.
И эта вера не обманет
Того, кто ею лишь живёт,
Не всё, что здесь цвело, увянет,
Не всё, что было здесь, пройдёт!
Но этой веры для немногих
Лишь тем доступна благодать,
Кто в искушеньях жизни строгих,
Как вы, умел, любя, страдать,
Чужие врачевать недуги
Своим страданием умел,
Кто душу положил за други
И до конца всё претерпел.
Много красавиц в селеньях у нас,
Звёзды сияют во блеске их глаз,
Сладко любить их, завидная доля,
Но веселей молодецкая воля,
Золото купит четыре жены,
Конь же лихой не имеет цены.
Зима недаром злится,
Прошла её пора —
Весна в окно стучится
И гонит со двора.
И всё засуетилось,
Всё нудит Зиму вон —
И жаворонки в небе
Уж подняли трезвон.
Зима ещё хлопочет
И на Весну ворчит.
Та ей в глаза хохочет
И пуще лишь шумит...
Взбесилась ведьма злая
И, снегу захватя,
Пустила, убегая,
В прекрасное дитя...
Весне и горя мало:
Умылася в снегу
И лишь румяней стала
Наперекор врагу.
Американцы много лет готовили резидента для работы в СССР. Его легенда была разработана блестяще, язык он выучил великолепно. Наконец, его забросили с самолёта на советскую территорию, и он вышел из лесу, одетый в ватник, ушанку и валенки. Зайдя во двор избы, он попросил у бабки напиться.
— А ты, милок, не шпион ли будешь?..
— С чего это ты взяла, бабка?!
— Да мы в наших краях негров отродясь не видали!
Учение — не только свет, по народной пословице, — оно также и свобода. Ничто так не освобождает человека, как знание.
Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.
О свободе печати кричат те, кто хочет ею злоупотребить.
Чем меньше потакать телу в еде, одежде, помещении, увеселении, тем свободнее жить. И напротив, только пустись улучшать еду, одежду, помещение, увеселения — и не будет конца трудам и заботам.
Счастье — это чувство свободы от боли.
Я так же беден, как природа,
И так же прост, как небеса,
И призрачна моя свобода,
Как птиц полночных голоса.
Бунтарь.
Как силён не высказываемый заговор людей о том, чтобы скрыть сознание своей несвободы.
Женщина просыпается ночью и видит, что мужа нет в кровати. Она надела халат и пошла его искать. Нашла она его на кухне. Он сидел с задумчивым видом, смотрел на стену и пил коньяк. Жена, увидев как он вытирает слезу, спросила:
— Что случилось, дорогой?
— Помнишь 20 лет назад, когда мы начали встречаться, то нам было всего по 16?
— Помню.
— А помнишь, когда твой отец поймал нас в машине? Мы тогда занимались любовью на заднем сиденье.
— Конечно помню, дорогой.
— А ты помнишь, как он сказал мне: либо я на тебе женюсь, либо отправлюсь в тюрьму на 20 лет?
— Да, помню.
Муж, снова вытирая слезу:
— А сегодня бы я вышел...
Тот, кто добр — свободен, даже если он раб; тот, кто зол — раб, даже если он король.
Выборы.
Человек свободен, только если он может выбирать. А выбирать он может, только если знает достаточно много, чтобы сравнить.
Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовётся, —
И нам сочувствие даётся,
Как нам даётся благодать...
Освободитесь от стремления иметь.
Патриот — это человек, служащий Родине, а Родина — это, прежде всего, народ.
