Каждый видит, каким ты кажешься, мало кто чувствует, каков ты есть...
Каждый видит, каким ты кажешься, мало кто чувствует, каков ты есть.
Каждый видит, каким ты кажешься, мало кто чувствует, каков ты есть.
Мы живём в такое время, когда часы не для времени, а грудь — не для младенца.
Он ругался и пил, он спросил про отца,
Он кричал, долго глядя на блюда:
«Я полжизни отдал за тебя, подлеца,
А ты жизнь прожигаешь, паскуда!
А винтовку тебе, а послать тебя в бой?!
А ты водку тут хлещешь со мною!..»
Я сидел, как в окопе под Курской дугой —
Там, где был капитан старшиною.
Он всё больше хмелел, я — за ним по пятам.
Только в самом конце разговора
Я обидел его — я сказал: «Капитан,
Никогда ты не будешь майором!..»
Мы привыкли всё, что познаём, рисовать в нашем воображении в виде картин, откуда и происходит то, что даже не сущее мы воображаем положительно как сущее.
Я клялся — ты прекрасна и чиста,
А ты как ночь, как ад, как чернота.
Теория — это когда всё известно, но ничего не работает. Практика — это когда всё работает, но никто не знает почему. Мы же объединяем теорию и практику: ничего не работает... и никто не знает почему!
Человеческий ум — более страшное оружие, чем когти льва.
У верблюда два горба,
Потому что жизнь — борьба!
Один из двоих всегда бросает другого. Весь вопрос в том, кто кого опередит.
Психиатр больному:
― Всех уверяете, что Вы Наполеон, а мне вдруг заявляете, что Вы Кутузов.
― Доктор, я Вас очень уважаю и только Вам говорю правду.
Когда и впрямь старо всё под луной,
А сущее обычно и привычно,
То как обманут жалкий ум людской,
Рождённое стремясь родить вторично!