Получаю письма: «Помогите стать актёром»...
Получаю письма: «Помогите стать актёром». Отвечаю: «Бог поможет!»
Получаю письма: «Помогите стать актёром». Отвечаю: «Бог поможет!»
Пока до начальника доберёшься, раз десять споткнёшься.
Пока не требует поэта
К священной жертве Аполлон,
В заботах суетного света
Он малодушно погружён;
Молчит его святая лира;
Душа вкушает хладный сон,
И меж детей ничтожных мира,
Быть может, всех ничтожней он.
Но лишь божественный глагол
До слуха чуткого коснётся,
Душа поэта встрепенётся,
Как пробудившийся орёл.
Тоскует он в забавах мира,
Людской чуждается молвы,
К ногам народного кумира
Не клонит гордой головы;
Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных волн,
В широкошумные дубровы...
И недвусмысленно приблизившись к трамваю...
...Не так ли мы — порой, подчас,
не так ли мы — любя, стеная,
ревнуя, веря, горячась...
Не так. Не мы — я точно знаю.
Все истины — парадоксы. Прямые выводы разума — ошибочны, нелепые выводы опыта — безошибочны.
Никто ничего не может сказать про вас. Что бы люди ни говорили, они говорят про самих себя.
Если вы спокойны, весь мир становится спокойным для вас. Это как отражение. Всё, чем вы являетесь, отражается полностью. Каждый становится зеркалом.
Если бы мы понимали, что делаем то, вероятно, никогда ничего бы не делали.
Самому любить лучше, чем быть любимым: любить — это некое действие, доставляющее наслаждение, и благо, а быть любимым не вызывает в предмете любви никакой деятельности. Тем не менее, люди из честолюбия предпочитают быть любимцами, а не сами любить, поскольку быть любимцем связано с каким-то превосходством.
Дружба основывается на взаимном благе, на общности интересов; но как только интересы столкнулись — дружба расторгается: ищи её в облаках.