Обсуждая только что умершую подругу-актрису: — Хотелось бы мне...
Обсуждая только что умершую подругу-актрису:
— Хотелось бы мне иметь её ноги — у неё были прелестные ноги! Жалко — теперь пропадут...
Обсуждая только что умершую подругу-актрису:
— Хотелось бы мне иметь её ноги — у неё были прелестные ноги! Жалко — теперь пропадут...
...И на тысячелетнем рубеже
ещё возможна дружба М и Ж.
(Как трогательно - Тэтчер с Пиночетом...
не допуская ничего при этом.)
Письмо развивает искусство владения словом.
Гениталии всех стран, соединяйтесь!
В нашей жизни есть кулисы,
А за ними — свой мирок,
Там общественные крысы
Жрут общественный пирог.
Слепые блуждают ночью.
Ночью намного проще.
Перейти через площадь.
Слепые живут наощупь.
Наощупь,
трогая мир руками,
не зная света и тени
и ощущая камни:
из камня делают стены.
За ними живут мужчины.
Женщины.
Дети.
Деньги.
Поэтому
несокрушимые
лучше обойти стены.
А музыка — в них упрётся
Музыку поглотят камни.
И музыка умрёт в них,
Захватанная руками.
Плохо умирать ночью.
Плохо умирать наощупь.
Так значит слепым — проще...
Cлепой идёт через площадь.
Раб мечтает не о свободе, а о своих рабах.
Тепло и любовь, которые мы отдаём, гораздо важнее тепла и любви, которые мы получаем. Лишь когда мы делимся теплом и любовью, ощущаем подлинную заботу о других, иными словами, проявляем сострадание, мы обретаем условия для подлинного счастья. Из этого следует, что любить самому важнее, чем быть любимым.
Я не могу представить, как часовой механизм вселенной существует без часовщика.
Ваш ум — всё. Вы становитесь тем, что думаете.
Ах, далеко до неба!
Губы — близки во мгле...
— Бог, не суди! — Ты не был
Женщиной на земле!
Как-то Раневская, сняв телефонную трубку, услышала сильно надоевший ей голос кого-то из поклонников и заявила:
— Извините, не могу продолжать разговор. Я говорю из автомата, а здесь большая очередь.
Одно слово освобождает нас от всех тяжестей и болей жизни: это слово — любовь.
Люди мелкого ума чувствительны к мелким обидам; люди большого ума всё замечают и ни на что не обижаются.
Ты ли, Путаница-Психея,
Чёрно-белым веером вея,
Наклоняешься надо мной,
Хочешь мне сказать по секрету,
Что уже миновала Лету
И иною дышишь весной.
Не диктуй мне, сама я слышу:
Тёплый ливень упёрся в крышу,
Шепоточек слышу в плюще.
Кто-то маленький жить собрался,
Зеленел, пушился, старался
Завтра в новом блеснуть плаще.
Сплю — она одна надо мною.
Ту, что люди зовут весною,
Одиночеством я зову.
Сплю — мне снится молодость наша,
Та, его миновавшая чаша;
Я её тебе наяву,
Если хочешь, отдам на память,
Словно в глине чистое пламя
Иль подснежник в могильном рву.