Талант — как бородавка — либо он есть, либо его нет...

Объясняя кому-то, почему презерватив белого цвета, Раневская говорила:
— Потому что белый цвет полнит.

Фаина Раневская

Рина Зелёная рассказывала:
— В санатории Раневская сидела за столом с каким-то занудой, который всё время хаял еду. И суп холодный, и котлеты не солёные, и компот не сладкий. (Может, и вправду.) За завтраком он брезгливо говорил: «Ну что это за яйца? Смех один. Вот в детстве у моей мамочки, помню, были яйца!»
— А вы не путаете её с папочкой? — осведомилась Раневская.

Фаина Раневская

Дамы, не худейте. Оно вам надо? Уж лучше к старости быть румяной пышкой, чем засушенной мартышкой!

Фаина Раневская

— Сколько раз краснеет в жизни женщина?
— Четыре раза: в первую брачную ночь, когда первый раз изменяет мужу, когда первый раз берёт деньги, когда первый раз даёт деньги.
— А мужчина?
— Два раза: первый раз — когда не может второй, второй — когда не может первый.

Фаина Раневская

В купе вагона назойливая попутчица пытается разговорить Раневскую.
— Позвольте же Вам представиться. Я — Смирнова.
— А я — нет.

Фаина Раневская

Как молод я был! Как летал я во сне!
В года эти нету возврата.
Какие способности спали во мне!
Проснулись и смылись куда-то.

Игорь Губерман

Раневская, как и очень многие женщины, абсолютно не разбиралась в физике, и однажды вдруг заинтересовалась, почему железные корабли не тонут.
— Как же это так? — допытывалась она у одной своей знакомой, инженера по профессии. — Железо ведь тяжелее воды, отчего же тогда корабли из железа не тонут?
— Тут всё очень просто, — ответила та. — Вы ведь учили физику в школе?
— Не помню.
— Ну, хорошо, был в древности такой учёный по имени Архимед. Он открыл закон, по которому на тело, погружённое в воду, действует выталкивающая сила, равная весу вытесненной воды...
— Не понимаю, — развела руками Фаина Георгиевна.
— Ну вот, к примеру, вы садитесь в наполненную до краёв ванну, что происходит? Вода вытесняется и льётся на пол... Отчего она льётся?
— Оттого, что у меня большая ж*па! — догадалась Раневская, начиная постигать закон Архимеда.

Фаина Раневская

Никто, кроме мёртвых вождей, не хочет терпеть праздноболтающихся моих грудей.

Фаина Раневская

В больнице, увидев, что Раневская читает Цицерона, врач заметил:
— Не часто встретишь женщину, читающую Цицерона.
— Да и мужчину, читающего Цицерона, встретишь не часто, — парировала Фаина Георгиевна.

Фаина Раневская

Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.

Фаина Раневская

Известно, что Раневская позволяла себе крепкие выражения, и когда ей сделали замечание, что в литературном русском языке нет слова «жопа», она ответила: «Странно, слова нет, а жопа есть...»

Фаина Раневская

Знаете, — вспоминала через полвека Раневская, — когда я увидела этого лысого на броневике, то поняла: нас ждут большие неприятности.

Фаина Раневская

— Фаина Георгиевна, на что похожа женщина, если её поставить вверх ногами?
— На копилку.
— А мужчина?
— На вешалку.

Фаина Раневская

Известная актриса в истерике кричала на собрании труппы:
— Я знаю, вы только и ждёте моей смерти, чтобы прийти и плюнуть на мою могилу!
Раневская толстым голосом заметила:
— Терпеть не могу стоять в очереди!

Фаина Раневская

Женщины умирают позже мужчин, потому что вечно опаздывают.

Фаина Раневская

— Фаина Георгиевна, Вы опять захворали? А какая у Вас температура?
— Нормальная, комнатная, плюс восемнадцать градусов.

Фаина Раневская

Я как старая пальма на вокзале — никому не нужна, а выбросить жалко.

Фаина Раневская

Четвёртый раз смотрю этот фильм и должна вам сказать, что сегодня актёры играли как никогда.

Фаина Раневская

— Кем была ваша мать до замужества? — спросил у Раневской настырный интервьюер.
— У меня не было матери до её замужества, — пресекла Фаина Георгиевна дальнейшие вопросы.

Фаина Раневская

Кто бы знал моё одиночество? Будь он проклят, этот самый талант, сделавший меня несчастной...

Фаина Раневская