Никто, кроме мёртвых вождей, не хочет терпеть праздноболтающихся...
Никто, кроме мёртвых вождей, не хочет терпеть праздноболтающихся моих грудей.
Никто, кроме мёртвых вождей, не хочет терпеть праздноболтающихся моих грудей.
От горя, защищаться бессмысленно. Может быть, даже лучше дать ему полностью вас раздавить — это будет, по крайней мере, хоть как-то пропорционально случившемуся. Если вам впоследствии удастся подняться и распрямиться, распрямится и память о том, кого вы утратили. Сама память о нём и поможет вам распрямиться.
Доброта и ум — свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.
Гнев розы: «Как, меня — царицу роз —
Возьмёт торгаш и жар душистых слёз
Из сердца выжжет злою болью?!» Тайна!..
Пой, соловей! «День смеха — годы слёз».
Я слышу речь не мальчика, но мужа.
У меня такое чувство, будто ты за эти три месяца стала, по крайней мере, на пять лет старше — так ты изменилась. Ты стала на пять лет красивее. И на десять лет опаснее.
Вы что, пришли навеки поселиться?
Я что-то перестал тянуться к людям...
Расплата в этом мире наступает всегда. Есть два генеральных прокурора: один — тот, кто стоит у ваших дверей и наказывает за проступки против общества, другой — сама природа. Ей известны все пороки, ускользающие от законов.
Когда множатся законы и приказы, растёт число воров и разбойников.
Чтоб капучино иметь в кровать —
Умей, мужчина, мечту сбывать...