Будете проходить мимо — проходите...
Будете проходить мимо — проходите.
Будете проходить мимо — проходите.
Если я буду совершать именно те поступки, которых ждут от меня люди, я попаду к ним в рабство.
В жизни надо делать перерывы,
Чтобы выключаться и отсутствовать,
Чтобы много раз, покуда живы,
Счастье это заново почувствовать.
Мы обращаемся с действительностью, как с докучливым гостем, напрашивающимся на наше знакомство; мы стараемся запереться от неё.
Никакое безобразие физическое — не разврат; истинный разврат состоит в освобождении себя от нравственных отношений к женщине, с которой входишь в физическое общение.
Не верь, не верь себе, мечтатель молодой,
Как язвы, бойся вдохновенья...
Оно — тяжёлый бред души твоей больной
Иль пленной мысли раздраженье.
Принять на себя ответственность за свои решения — это значит быть готовым умереть за них.
«Я» есть «я», и это «я» никогда не станет — «ты».
И «ты» есть «ты», и это «ты» никогда не сделается как «я».
Чего же разговаривать. Ступайте вы «направо», я — «налево», или вы «налево», я «направо».
Все люди «не по дороге друг другу». И нечего притворяться.
Всякий идёт к своей Судьбе.
Все люди — solo.
Пришло несчастье — человек породил его, пришло счастье — человек его вырастил.
Жизнь — прекраснейшая из выдумок природы.
И, если перечтёшь ты мой сонет,
Ты о руке остывшей не жалей.
Я не хочу туманить нежный цвет
Очей любимых памятью своей.
Я думал, что прощание — всегда конец. Ныне же я знаю: расти тоже значит прощаться. И расти нередко значит покидать. А конца не существует.
Счастье не в счастье, а лишь в его достижении.
Мой голос для тебя и ласковый и томный
Тревожит поздное молчанье ночи тёмной.
Близ ложа моего печальная свеча
Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.
Во тьме твои глаза блистают предо мною,
Мне улыбаются, и звуки слышу я:
Мой друг, мой нежный друг... люблю... твоя... твоя...
Он добавил картошки, соли и поставил аквариум на огонь.
У писательского круга —
Вековечные привычки:
Все цитируют друг друга,
Не используя кавычки.