Ну хорошо, допустим, поцелую...
Ну хорошо, допустим, поцелую...
Ну хорошо, допустим, поцелую...
Кто говорит! и я ошибаюсь; мужчина тоже может ошибаться. Но знаете ли, какая разница между ошибкою нашего брата и ошибкою женщины? Не знаете? Вот какая: мужчина может, например, сказать, что дважды два — не четыре, а пять или три с половиною; а женщина скажет, что дважды два — стеариновая свечка.
Политик должен уметь предсказать, что произойдёт завтра, через неделю, через месяц и через год. А потом объяснить, почему этого не произошло.
Нет рабства безнадёжней,
Чем рабство тех рабов,
Себя кто полагает
Свободным от оков.
Мы не «левые» и не «правые», потому что мы валенки.
Поучиться не грех и у врага.
Не бойся показаться дураком. Наоборот, бойся показаться умным. Потому что тогда немедленно возникнет вопрос: если ты такой умный, то почему ты нанимаешься на работу, а не нанимаешь на неё?
Убеждённость опасней для истины, чем ложь.
Тренировка духа с помощью человека-раздражителя похожа на азартную игру, в которой всё ставится на кон. Выигрыш в ней велик. Но если не выдерживаешь и срываешься, проигрываешь всё начисто.
Наиживейшим наслаждением моей жизни была ходьба — одинокая и быстрая, быстрая и одинокая.
Мой великий одинокий галоп.
Идеалист — человек, верующий не только в идеалы, но и в то, что другие тоже в них верят.
Если против какой-нибудь болезни предлагается очень много средств, это значит, что болезнь неизлечима.
Личный эгоизм — родной отец подлости.
В нашем сердце, во всех сердцах, и в моём и в твоём, скрыты зародыши всех пороков и всех добродетелей. Лежат они там крошечными, невидимыми семенами; вдруг в сердце проникает солнечный луч или прикасается к нему злая рука, и ты сворачиваешь вправо или влево — да, вот этот-то поворот и решает всё: маленькое семечко встряхивается, разбухает, пускает ростки, и сок его смешивается с твоею кровью, а тогда уж дело сделано.
Бывает — проснёшься, как птица,
Крылатой пружиной на взводе,
И хочется жить и трудиться;
Но к завтраку это проходит.
Не лица разнятся, но свет различен:
Одни, подобно лампам, изнутри
освещены. Другие же — подобны
всему тому, что освещают лампы.
И в этом — суть различия.