Но и всё ж, теснимый и гонимый, я, смотря с улыбкой на зарю...
Но и всё ж, теснимый и гонимый,
Я, смотря с улыбкой на зарю,
На земле, мне близкой и любимой,
Эту жизнь за всё благодарю.
Но и всё ж, теснимый и гонимый,
Я, смотря с улыбкой на зарю,
На земле, мне близкой и любимой,
Эту жизнь за всё благодарю.
Разница между правильным и почти правильным словом такая же, как между молнией и мерцанием светлячка.
Терпеть не могу логики, она всегда банальна и нередко убедительна.
— Семёновна, ты куда идёшь?
— Да, в Госдуму, порядок наводить!
— А справишься?!
— Да, я там уж пять лет уборщицей работаю!
Принеси заключённый в кувшине рубин —
Он один мой советчик и друг до седин.
Не сиди, размышляя о бренности жизни, —
Принеси мне наполненный жизнью кувшин!
Судьба, оскалив зубы, улыбнулась.
Людей делает общительными их неспособность переносить одиночество, — то есть самих себя.
Если б мог я найти путеводную нить,
Если б мог я надежду на рай сохранить, —
Не томился бы я в этой тесной темнице,
А спешил место жительства переменить!
Свободен только тот, кому никто и ничто не может помешать сделать то, что он хочет. Такое дело есть только одно: любить.
Ничто так не мешает естественности, как желание казаться естественным.