То плоть загуляет, а духу не весело, то дух воспарит, ну, а плоть позабыта...
То плоть загуляет, а духу не весело,
То дух воспарит, ну, а плоть позабыта,
И нет ни гармонии ни равновесия,
То чешутся крылья, то ноют копыта!
То плоть загуляет, а духу не весело,
То дух воспарит, ну, а плоть позабыта,
И нет ни гармонии ни равновесия,
То чешутся крылья, то ноют копыта!
Если женщина изменяет, не надо искать тут разумных причин: всё дело не в разуме, а в чувствах.
Великодушие — это фермент, который врачует наши внутренние раны, но в конце концов приводит к отравлению организма.
Ты находишь в других лишь то, что сначала нашёл в самом себе. Если ты печален, ты найдёшь печаль повсюду. Для печального человека даже полная луна выглядит печальной, мрачной, подавленной. Для радостного сердца даже тёмная ночь сияет. Всё зависит от тебя; всё зависит от того, какой ты, где ты. Весь мир движется вместе с твоим сердцем, он становится тем, что есть ты.
Нет истины более достоверной нежели той, что всё, что совершается, как великое, так и малое, совершается с полной необходимостью.
Моя душа – в моих песнях. А живу я надеждой на лучшее время.
Нравственности предшествует принуждение, позднее она становится обычаем, ещё позднее — свободным повиновением, и, наконец, почти инстинктом.
Война — такое несправедливое и дурное дело, что те, которые воюют, стараются заглушить в себе голос совести.
Что без страданий жизнь поэта?
И что без бури океан?
У каждого есть такие места, забыть о которых невозможно, хотя бы потому, что там воздух помнит твоё счастливое дыхание.
Жизнь следовало бы начинать стариком, обладая всеми преимуществами старости — положением, опытом, богатством, — и кончать её юношей, который может всем этим так блистательно насладиться. А сейчас мир устроен так, что в юности, когда счёту нет удовольствиям, которые получаешь на один-единственный доллар, у вас этого доллара нет. В старости же у вас есть доллар, но уже нет ничего такого, что хотелось бы на него купить.