Не в том беда, что наглой челяди доступен жирный ананас...
Не в том беда, что наглой челяди
Доступен жирный ананас,
А в том, что это манит в нелюди
Детей, растущих возле нас.
Не в том беда, что наглой челяди
Доступен жирный ананас,
А в том, что это манит в нелюди
Детей, растущих возле нас.
Что тоскуешь, будто бы вчера
Мы расстались: между нами вечность —
Без особенных примет дыра,
С неприглядной кличкой — бесконечность.
Между тысячами тех разлук
Наша превосходно уместилась —
Сколько отсчитал ей кто-то мук,
Так оно и вправду совершилось.
Что тоскуешь, будто бы вчера...
Нет у нас ни завтра, ни сегодня.
Рухнула незримая гора,
Совершилась заповедь Господня.
Не объясняй слишком многого. В каждом объяснении скрывается извинение. Так что, когда ты объясняешь, почему ты не можешь делать то или другое, на самом деле ты извиняешься за свои недостатки, надеясь, что слушающие тебя будут добры и простят их.
Загляните в свои собственные души и найдите в них искру правды, которую боги поместили в каждое сердце и из которой только вы сами сможете раздуть пламя.
Благодарность — признак благородства души.
Нет зверя свирепее, чем человек, если к страстям его присоединяется власть.
Всё позади: придётся обернуться!
Миф, в который верят, постепенно становится правдой.
Не лыком шит.
Дурак спорит с каждым, умный — с равным, а мудрый — лишь с самим собой.
Целых лет двадцать человек занимается каким-нибудь делом, например читает римское право, а на двадцать первом — вдруг оказывается, что римское право ни при чём, что он даже не понимает его и не любит, а на самом деле он тонкий садовод и горит любовью к цветам. Происходит это, надо полагать, от несовершенства нашего социального строя, при котором сплошь и рядом попадают на своё место только к концу жизни.