Роскошь — это когда изнанка так же красива, как и лицо...
Роскошь — это когда изнанка так же красива, как и лицо.
Роскошь — это когда изнанка так же красива, как и лицо.
Культурный человек... Это тот, кто в состоянии сострадать. Это горький, мучительный талант.
Перелистайте историю всех народов земли: везде религия превращает невинность в преступление, а преступление объявляет невинным.
Если я люблю другого человека, я чувствую единство с ним, но с таким, каков он есть, а не с таким, как мне хотелось бы чтоб он был, в качестве средства для моих целей.
Слишком часто мне говорили фразу «береги себя», но никто не сказал «я буду тебя беречь».
Наши праотцы трепетали перед громом и молнией, перед тиграми и землетрясениями; более близкие предки — перед саблями, разбойниками, мировыми болезнями и Господом Богом; мы же трепещем перед бумажками, на которых что-то напечатано, — будь то деньги или паспорт. Неандертальца убивали дубинкой, римлянина — копьём, средневековый человек погибал от чумы, нас же можно запросто умертвить куском бумаги.
Некоторый аскетизм — не такое уж страшное зло, как многим кажется. Человек должен самоограничивать себя. Ведь если дать неограниченную волю в удовлетворении потребностей, человечество вскоре превратится в огромный разноязыкий театр бытовой трагедии.
Ты погрусти, когда умрёт поэт,
Покуда звон ближайшей из церквей
Не возвестит, что этот низкий свет
Я променял на низший мир червей.
И, если перечтёшь ты мой сонет,
Ты о руке остывшей не жалей.
Я не хочу туманить нежный цвет
Очей любимых памятью своей.
Я не хочу, чтоб эхо этих строк
Меня напоминало вновь и вновь.
Пускай замрут в один и тот же срок
Моё дыханье и твоя любовь!..
Я не хочу, чтобы своей тоской
Ты предала себя молве людской.
Если разговор ни к чему не ведёт, то и одно слово лишнее.
Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень.
Мама приехала на ужин к своему сыну Саше, который жил в одной квартире с соседкой Викой.
За ужином мама молчала, отметив про себя красоту соседки Саши. Она раньше подозревала наличие связи между этой парочкой, и этот факт только усилил её любопытство. Наблюдая после ужина их общение, мама задумалась, есть ли что-то большее между Сашей и его соседкой, чем она увидела.
Догадавшись о мыслях мамы, Саша категорично заявил: «Я знаю, о чём ты думаешь, но уверяю тебя, мы с Викой только соседи».
Через несколько дней Вика обратилась к Саше:
— После того, как у нас ужинала твоя мама, я не могу найти серебряную сахарницу. Надеюсь, это не она её взяла?
— Я не думаю. Но я напишу ей, просто чтобы быть уверенным.
И он сел, и написал:
«Дорогая мама, я не хочу сказать, что ты ВЗЯЛА сахарницу, я также не говорю, что ты НЕ БРАЛА её. Просто факт остаётся фактом — после твоего прихода серебряная сахарница исчезла. С любовью, Саша».
Через несколько дней он получил ответ от мамы:
«Дорогой сынок, я не хочу сказать, что ты СПИШЬ с Викой, я также не говорю, что ты НЕ СПИШЬ с ней. Но факт остаётся фактом — если бы Вика спала В СВОЕЙ кровати, она давно нашла бы там сахарницу. С любовью, мама».
Пользуйся хорошим настроением, ибо оно приходит так редко.
Родина... Что-то остаётся в нас от родины такое, что живёт в нас на всю жизнь, то радуя, то мучая, и всегда кажется, что мы её, родину, когда-нибудь ещё увидим. А живёт в нас от всей родины или косогор какой-нибудь, или дом, или отсыревшее бревно у крыльца, где сидел когда-то глухой весенней ночью и слушал ночь...
Лучше молчать и показаться дураком, чем заговорить и развеять все сомнения.
Живи сегодня — а вчера и завтра
Не так важны в земном календаре.
У нас много желаний, и очень часто одно исключает другое.