Всё, что интересно, не вполне прилично...
Всё, что интересно, не вполне прилично.
Всё, что интересно, не вполне прилично.
Гордость и гнев — признаки невротизма.
Чапаев Петьке:
— Ты, Петька, не смотри, что я твой командир — ты не стесняйся! Я сижу, чай пью — и ты садись, чай пей! Я сижу, водку пью, шашлыком закусываю — и ты садись, чай пей!
Хорони, хорони меня, ветер!
Родные мои не пришли,
Надо мною блуждающий вечер
И дыханье тихой земли.
Я была, как и ты, свободной,
Но я слишком хотела жить.
Видишь, ветер, мой труп холодный,
И некому руки сложить.
Закрой эту чёрную рану
Покровом вечерней тьмы
И вели голубому туману
Надо мною читать псалмы.
Чтобы мне легко, одинокой,
Отойти к последнему сну,
Прошуми высокой осокой
Про весну, про мою весну.
Пусть нас в любви одна связует нить,
Но в жизни горечь разная у нас.
Она любви не может изменить,
Но у любви крадёт за часом час.
Если труженик, в поте лица своего
Добывающий хлеб, не стяжал ничего —
Почему он ничтожеству кланяться должен
Или даже тому, кто не хуже его?
Стало тише мое жильё,
Стало меньше напитка в чаше,
Это годы берут своё,
А у нас отнимают наше.
Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рождённых только воображением.
Утро вечера мудренее.
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.
Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины жёлто-красной,
Слагаю я весёлые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.
Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загорается огонь
На башенке озёрной лесопильни.
Лишь изредка прорезывает тишь
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.
Деньги — это то, что переходит из рук в руки и не становится теплей.