Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается...
Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается о том, как изменить себя.
Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается о том, как изменить себя.
Родители любят своих детей тревожной и снисходительной любовью, которая портит их. Есть другая любовь, внимательная и спокойная, которая делает их честными. И такова настоящая любовь отца.
Любовь — это не учение, но рост. Всё, что нужно с твоей стороны, это не научиться путям любви, но разучиться путям нелюбви. Нужно удалить преграды, разрушить препятствия, и тогда любовь — это твоё естественное, спонтанное бытие. Как только преграды удалены, скалы отодвинуты, начинается поток. Он уже есть — погребённый под скалами, но ключ уже бьёт. Это само твоё существо.
Это дар, но не что-то такое, что случится в будущем; это дар, который уже случился вместе с твоим рождением. Быть значит любить. Быть способным дышать значит быть способным любить. Любовь подобна дыханию. То же самое, что дыхание для физического тела, любовь для духовного существа. Без дыхания тело умирает, без любви умирает душа.
Мы сами должны стать теми переменами, которые хотим увидеть в мире.
Пора давно за всё благодарить,
За всё, что невозможно подарить.
Когда-нибудь кому-нибудь из вас
И улыбнуться, словно в первый раз.
В твоих дверях, ушедшая любовь,
Но невозможно улыбнуться вновь.
— Прощай, прощай, — шепчу я на ходу,
Среди знакомых улиц вновь иду,
Подрагивают стёкла надо мной,
Растёт вдали привычный гул дневной,
И в подворотнях гасятся огни.
— Прощай, любовь, когда-нибудь звони.
Так оглянись когда-нибудь назад:
Стоят дома в прищуренных глазах,
И мимо них уже который год
По тротуарам шествие идёт.
Всякий, кто долго мучается, виноват в этом сам.
Смольный. Сидит Ленин и что–то пишет. Подходит к нему Крупская.
— Что пишешь, Володенька?
— Мандаты, Наденька.
— Пид*рас ты, Володенька!
Во мне все пороки, и в высшей степени: и зависть, и корысть, и скупость, и сладострастие, и тщеславие, и честолюбие, и гордость... Все, все есть и в гораздо большей степени, чем у большинства людей. Однако моё спасение, что я знаю это и борюсь, всю жизнь борюсь.
Холодной буквой трудно объяснить
Боренье дум. Нет звуков у людей
Довольно сильных, чтоб изобразить
Желание блаженства. Пыл страстей
Возвышенных я чувствую, но слов
Не нахожу и в этот миг готов
Пожертвовать собой, чтоб как-нибудь
Хоть тень их перелить в другую грудь.
Любовь не имеет ничего общего с обладанием. Её высшее проявление — предоставлять свободу.