Небольшие жеманные стихотворения раздражают нервы больше...
Небольшие жеманные стихотворения раздражают нервы больше, нежели скрип немазаных колес.
Небольшие жеманные стихотворения раздражают нервы больше, нежели скрип немазаных колес.
Имей друзей поменьше, не расширяй их круг.
И помни: лучше близкий, вдали живущий друг.
Окинь спокойным взором всех, кто сидит вокруг.
В ком видел ты опору, врага увидишь вдруг.
Человеку нужно два года чтобы, научиться говорить, и шестьдесят лет, чтобы научиться держать язык за зубами.
В последний раз мы встретились тогда
На набережной, где всегда встречались.
Была в Неве высокая вода,
И наводненья в городе боялись.
Он говорил о лете и о том,
Что быть поэтом женщине — нелепость.
Как я запомнила высокий царский дом
И Петропавловскую крепость! —
Затем что воздух был совсем не наш,
А как подарок божий — так чудесен.
И в этот час была мне отдана
Последняя из всех безумных песен.
Мужик-рыбак всё время всем хвастался, какую большую рыбу он поймал, разводя руки насколько хватит. Всем это надоело, связали ему руки и спрашивают:
— Ну, и какую рыбу ты поймал?
Мужик, делая из ладошек круг:
— Вот с таким вот глазом!
Слова... Не спешим ли мы с ними где-то?
Как просто «Люблю!», например, сказать.
Всего лишь секунда нужна на это,
Но целая жизнь, чтоб его оправдать.
Долг — это любовь к тому, что приказываешь сам себе.
Уныния допускать нельзя. Большой грех — уныние...
Дверь хлопнула, и вот они вдвоём
стоят уже на улице. И ветер
их обхватил. И каждый о своём
задумался, чтоб вздрогнуть вслед за этим.
Она хотела, чтобы я понял. И я понял. Только не то, что она хотела.
Однажды бедный еврей пришёл к раввину.
— Сил моих больше нет, — сказал он, — живу в нищете. Семья большая, дети орут, жена пилит, тёща подзуживает. Что делать?
— Купи козла, — отвечает раввин.
— Какой козёл? — поразился еврей. — Мы все ютимся в одной каморке!
— Купи козла, — повторяет раввин, — и приходи через месяц.
Еврей послушался и через месяц приходит обратно.
— Жизнь, — плачет он, — стала совсем уже невыносимой. Всё то же самое, только ещё козёл воняет, блеет и портит мебель.
— Продай козла, — отвечает на его жалобы раввин.
Еврей продал козла и вздохнул с несказанным облегчением: без козла жизнь стала терпимой.