Познание — одна из форм аскетизма...
Познание — одна из форм аскетизма.
Познание — одна из форм аскетизма.
Поссориться просто (чего быстрее),
Как с горки скатиться, лишь в сани сесть.
А вот помириться куда сложнее,
Стократ неприятнее и труднее,
Чем снова на гору с санями лезть.
Злые языки страшнее пистолета.
Когда женщина почувствует, что её муж равнодушен к ней, она начинает одеваться слишком кричаще и безвкусно, или у неё появляются очень нарядные шляпки, за которые платит чужой муж.
Детей воспитывает то, чем является взрослый человек, а не то, что он говорит. Распространённая вера в слова — это настоящая болезнь разума.
И если за скорость света не ждёшь спасибо,
то общего, может, небытия броня
ценит попытки её превращенья в сито
и за отверстие поблагодарит меня.
Каждая нация насмехается над другой, и все они в одинаковой мере правы.
Из-за того, что не пришло, ты не казни себя.
Из-за того, что отошло, ты не кляни себя.
Урви от подлой жизни клок — и не брани себя.
Покуда меч не поднял рок — живи, храни себя.
Моральное негодование — это техника, с помощью которой можно наполнить любого идиота чувством собственного достоинства.
Ты едва ли былых мудрецов превзойдёшь,
Вечной тайны разгадку едва ли найдёшь.
Чем не рай тебе — эта лужайка земная?
После смерти едва ли в другой попадёшь.
Не пойми меня дурно. С твоим голосом, телом, именем
ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
но забыть одну жизнь человеку нужна, как минимум,
ещё одна жизнь. И я эту долю прожил.
Лучше весёлое чудовище, чем сентиментальный зануда.
Портреты главы государства не должны превышать размер почтовой марки.
Всю ночь не смыкала ног.
Если душа существует, неверно было бы думать, что она даётся нам уже сотворённой. Она творится на земле, в течение всей жизни. Сама жизнь — не что иное, как эти долгие и мучительные роды. Когда сотворение души, которым человек обязан себе и страданию, завершается, приходит смерть.
Старость — это просто свинство. Я считаю, что это невежество Бога, когда он позволяет доживать до старости. Господи, уже все ушли, а я всё живу. Бирман — и та умерла, а уж от неё я этого никак не ожидала. Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!