Нам и еда и сон не нужны вовсе были...
Нам и еда и сон не нужны вовсе были,
Пока из четырёх стихий нас не слепили.
Но всё, что дали нам, отнимут безусловно,
И станем мы опять щепоткой серой пыли.
Нам и еда и сон не нужны вовсе были,
Пока из четырёх стихий нас не слепили.
Но всё, что дали нам, отнимут безусловно,
И станем мы опять щепоткой серой пыли.
Счастливей всех тот, кто без тревоги ждёт завтрашнего дня: он уверен, что принадлежит сам себе.
Наука наукой, но есть и приметы;
Я твердо приметил сызмальства,
Что в годы надежды плодятся поэты,
А в пору гниенья — начальство.
— Ты считаешь меня многоучёным? — спросил как-то Конфуций ученика.
— А разве нет? — ответил тот.
— Нет, — сказал Конфуций, — я лишь связываю всё воедино.
Видеть то, осуществление чего требует долг, и не сделать — есть отсутствие мужества.
Никогда не забывай умышленной обиды, — будь немногословен или вовсе смолчи и никогда не отвечай оскорблением на оскорбление.
Ложь — удел рабов, свободные люди должны говорить правду.
Надо быть, как лампа, закрытым от внешних влияний ветра, насекомых, и при этом чистым, прозрачным и жарко горящим.
— Как жизнь, Фаина Георгиевна?
— Я вам ещё в прошлом году говорила, что говно. Но тогда это был марципанчик.
Женщина — это вам не металлическая мебель; она — цветок. Она не хочет деловитости. Ей нужны солнечные, милые слова. Лучше говорить ей каждый день что-нибудь приятное, чем всю жизнь с угрюмым остервенением работать на неё.