Если труженик, в поте лица своего...
Если труженик, в поте лица своего
Добывающий хлеб, не стяжал ничего —
Почему он ничтожеству кланяться должен
Или даже тому, кто не хуже его?
Если труженик, в поте лица своего
Добывающий хлеб, не стяжал ничего —
Почему он ничтожеству кланяться должен
Или даже тому, кто не хуже его?
Рина Зелёная рассказывала:
— В санатории Раневская сидела за столом с каким-то занудой, который всё время хаял еду. И суп холодный, и котлеты не солёные, и компот не сладкий. (Может, и вправду.) За завтраком он брезгливо говорил: «Ну что это за яйца? Смех один. Вот в детстве у моей мамочки, помню, были яйца!»
— А вы не путаете её с папочкой? — осведомилась Раневская.
Жизнь человеческая подобна цветку, пышно произрастающему в поле: пришёл козёл, съел и — нет цветка.
Сняться в плохом фильме — всё равно что плюнуть в вечность!
Если б люди нашли средство ограничивать свои желания, то нашли бы средство быть счастливыми.
Величайший плод ограничения желаний — свобода.
Бедным быть не стыдно, стыдно быть дешёвым.
Повторенное острое слово становится глупостью.
Утром я составляю планы, а днём делаю глупости.
Кого когда-то называли люди
Царём в насмешку, Богом в самом деле,
Кто был убит — и чьё орудье пытки
Согрето теплотой моей груди...
Вкусили смерть свидетели Христовы,
И сплетницы-старухи, и солдаты,
И прокуратор Рима — все прошли.
Там, где когда-то возвышалась арка,
Где море билось, где чернел утёс, —
Их выпили в вине, вдохнули с пылью жаркой
И с запахом бессмертных роз.
Ржавеет золото и истлевает сталь,
Крошится мрамор — к смерти всё готово.
Всего прочнее на земле печаль
И долговечней — царственное слово.
Женщина приходит к попу:
— Святой отец, я согрешила.
— Что случилось, дитя моё?
— Я назвала мужчину... сукой.
— За что?!
— Он... взял меня за руку.
— Как, вот так?..
— Да...
— Но это не повод называть мужчину сукой.
— Да, но потом он обнял меня.
— Как, вот так?
— Да, вот так.
— Но это не повод называть мужчину сукой.
— Да, но потом он меня поцеловал.
— Как, вот так?
— Да, вот так.
— Но это не повод называть мужчину сукой.
— Да, но потом он меня раздел.
— Как, вот так?
— Да, вот так.
— Но это не повод называть мужчину сукой.
— Да, но потом он вставил мне свою штучку...
— Как, вот так?
— Да, вот так.
— Но это не повод называть мужчину сукой.
— Да, но потом он сказал, что у него спид.
— Вот сука!!!