Я не люблю уверенности сытой...
Я не люблю уверенности сытой, —
Уж лучше пусть откажут тормоза.
Досадно мне, что слово «честь» забыто
И что в чести наветы за глаза.
Я не люблю уверенности сытой, —
Уж лучше пусть откажут тормоза.
Досадно мне, что слово «честь» забыто
И что в чести наветы за глаза.
Владимир Высоцкий
Погиб поэт! — невольник чести —
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой!..
Не вынесла душа поэта
Позора мелочных обид,
Восстал он против мнений света
Один, как прежде… и убит!
Убит!.. К чему теперь рыданья,
Пустых похвал ненужный хор
И жалкий лепет оправданья?
Судьбы свершился приговор!
Не вы ль сперва так злобно гнали
Его свободный, смелый дар
И для потехи раздували
Чуть затаившийся пожар?
Что ж? веселитесь… Он мучений
Последних вынести не мог:
Угас, как светоч, дивный гений,
Увял торжественный венок.
Его убийца хладнокровно
Навёл удар… спасенья нет:
Пустое сердце бьётся ровно,
В руке не дрогнул пистолет.
И что за диво?.. издалёка,
Подобный сотням беглецов,
На ловлю счастья и чинов
Заброшен к нам по воле рока;
Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что он руку поднимал!..
И он убит — и взят могилой,
Как тот певец, неведомый, но милый,
Добыча ревности глухой,
Воспетый им с такою чудной силой,
Сражённый, как и он, безжалостной рукой.
Зачем от мирных нег и дружбы простодушной
Вступил он в этот свет завистливый и душный
Для сердца вольного и пламенных страстей?
Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,
Зачем поверил он словам и ласкам ложным,
Он, с юных лет постигнувший людей?..
И прежний сняв венок — они венец терновый,
Увитый лаврами, надели на него:
Но иглы тайные сурово
Язвили славное чело;
Отравлены его последние мгновенья
Коварным шёпотом насмешливых невежд,
И умер он — с напрасной жаждой мщенья,
С досадой тайною обманутых надежд.
Замолкли звуки чудных песен,
Не раздаваться им опять:
Приют певца угрюм и тесен,
И на устах его печать.
А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждёт;
Он не доступен звону злата,
И мысли, и дела он знает наперёд.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей чёрной кровью
Поэта праведную кровь!
Михаил Лермонтов
Закалённые во многих заварухах,
Слухи ширятся, не ведая преград,
Вот ходят сплетни, что не будет
Больше слухов абсолютно,
Ходят слухи, будто сплетни запретят.
Владимир Высоцкий
Слухи по России верховодят
И со сплетней в терции поют.
Ну а где-то рядом с ними ходит
Правда, на которую плюют.
Владимир Высоцкий
Товарищ первый нам сказал, что вы уймитесь,
Что — не буяньте, что — разойдитесь.
На «разойтись» я сразу ж согласился —
И разошёлся, то есть расходился!
Владимир Высоцкий
Пророчество — самая спокойная профессия на свете. Когда на вас накатывает дух прорицания, вы берёте свой рассудок, кладёте его куда-нибудь в прохладное место, чтобы он не испортился, и принимаетесь работать языком: язык работает вхолостую, без участия рассудка; в результате получается пророчество.
Марк Твен
Суть человеческого естества — в движении. Полный покой означает смерть.
Блез Паскаль
Тишь да гладь да спокойствие там,
Хоть король был отъявленный хам:
Он прогнал министров с кресел,
Оппозицию повесил
И скучал от тоски по делам.
Владимир Высоцкий
Иметь в себе самом столько содержания, чтобы не нуждаться в обществе, есть уже потому большое счастье, что почти все наши страдания истекают из общества, и спокойствие духа, составляющее после здоровья самый существенный элемент нашего счастья, в каждом обществе подвергаются опасности, а потому и невозможно без известной меры одиночества.
Артур Шопенгауэр
Красивых любят чаще и прилежней,
Весёлых любят меньше, но быстрей,
И молчаливых любят, только реже,
Зато уж если любят, то сильней.
Владимир Высоцкий
У профессиональных игроков
Любая масть ложится перед червой.
Так век двадцатый — лучший из веков —
Как шлюха упадёт под двадцать первый.
Я думаю, учёные наврали,
Прокол у них в теории, парез:
Развитие идёт не по спирали,
А вкривь и вкось, вразнос, наперерез.
Владимир Высоцкий
Постепенно ушло время страсти кипящей —
Нет ревнивых речей и трагических поз,
Время тихой любви, зрелой и настоящей,
Дарит редко букеты тюльпанов и роз.
Время тихой любви — это больше забота,
По глазам уловить, с полуслова понять.
Ведь любовь — как ни странно, большая работа,
Если ей дорожишь и не хочешь терять.
Это время любви, словно тёплая осень,
Терпкий запах листвы, неба светлая грусть
«Как живётся тебе?», — если кто-нибудь спросит,
Ничего не скажу, лишь слегка улыбнусь.
Время тихой любви за терпенье награда,
За бессонные ночи, за трудные дни,
Ты — со мной, я — с Тобой и другого не надо,
О любви промолчу, ты меня извини.
Омар Хайям
Обида такая пилюля, которую не всякий с покойным лицом проглотить может; некоторые глотают, разжевав наперёд; тут пилюля ещё горче.
Михаил Лермонтов
Нельзя прощать тем, которые в ответ на русскую ласку способны клеветать на русский характер, мазать грязью священные страницы наших летописей, поносить лучших сограждан и, не довольствуясь современниками, издеваться над гробами отцов.
Александр Пушкин
Лучше гор могут быть только горы,
На которых ещё не бывал.
Владимир Высоцкий
Если кто обидел тебя, отомсти мужественно. Оставайся спокоен — и это будет началом твоего мщения, затем прости — это будет концом его.
Виктор Гюго
А в общем, Ваня, мы с тобой в Париже
Нужны, как в русской бане лыжи!
Владимир Высоцкий
Сдерживать себя, когда обидно, и не устраивать сцен, когда больно, — вот что такое идеальная женщина.
Коко Шанель
Наверно, я погиб: глаза закрою — вижу.
Наверно, я погиб: робею, а потом
Куда мне до неё — она была в Париже,
И я вчера узнал — не только в нём одном!
Владимир Высоцкий
Если ты можешь что-то делать — делай, если не можешь — будь спокоен.
Индийская пословица
Первая заповедь женской чести заключается в том, чтобы не вступать во внебрачное сожительство с мужчинами, дабы каждый мужчина вынуждался к браку, как к капитуляции.
Артур Шопенгауэр