Хороший повар может вкусно приготовить и старую подошву...
Хороший повар может вкусно приготовить и старую подошву.
Хороший повар может вкусно приготовить и старую подошву.
Чаще зачёркивай написанное.
Люблю жить ночью. Ночью иная степень свободы...
Легче понять вселенную, чем себя.
Глупые женщины стараются поразить мужчин, одеваясь эксцентрично. А мужчин это пугает, они терпеть не могут эксцентричности. Им нравится, когда оглядываются на их женщин, потому что они красивы.
Лишь тот, кто мудр и благороден,
Умеет сохранять невозмутимость
Под злейшими ударами судьбы.
Человек входит в жизнь мягким и слабым, а умирает жёстким и крепким. Жёсткость и сила — спутники смерти!
Сказал, что у меня соперниц нет.
Я для него не женщина земная,
А солнца зимнего утешный свет
И песня дикая родного края.
Когда умру, не станет он грустить,
Не крикнет, обезумевши: «Воскресни!»
Но вдруг поймёт, что невозможно жить
Без солнца телу и душе без песни.
...А что теперь?
Когда я оказался на самом дне — снизу постучали...
На Бога надейся, а сам не плошай.
О глупец, ты, я вижу, попал в западню,
В эту жизнь быстротечную, равную дню.
Что ты мечешься, смертный? Зачем суетишься?
Дай вина — а потом продолжай беготню!
Когда я ночью жду её прихода,
Жизнь, кажется, висит на волоске.
Что почести, что юность, что свобода
Пред милой гостьей с дудочкой в руке.
И вот вошла. Откинув покрывало,
Внимательно взглянула на меня.
Ей говорю: «Ты ль Данту диктовала
Страницы Ада?» Отвечает: «Я».
Если к самому себе будешь более требовательным, чем к другим, то избежишь обид.
Сосуд из глины влагой разволнуй:
Услышишь лепет губ, не только струй,
Чей это прах? Целую край — и вздрогнул:
Почудилось — мне отдан поцелуй.
Береги её как зеницу — о как!
Стараюсь быть кратким — делаюсь непонятным.