Чувства в кулак, волю в узду! Рабочий, работай! Не охай! Не ахай!..
Чувства в кулак, волю в узду!
Рабочий, работай!
Не охай!
Не ахай!
Выполнил план — посылай всех в пи*ду!
А не выполнил —
Сам иди на х*й!
Чувства в кулак, волю в узду!
Рабочий, работай!
Не охай!
Не ахай!
Выполнил план — посылай всех в пи*ду!
А не выполнил —
Сам иди на х*й!
Волосы за висок
между пальцев бегут,
как волны, наискосок,
и не видно губ,
оставшихся на берегу,
лица, сомкнутых глаз,
замерших на бегу
против теченья. Раз-
розненный мир черт
нечем соединить.
Ночь напролёт след,
путеводную нить
ищут язык, взор,
подобно борзой,
упираясь в простор,
рассечённый слезой.
Вверх по теченью, вниз —
я. Сомкнутых век
не раскрыв, обернись:
там, по теченью вверх,
что (не труди глаза)
там у твоей реки?
Не то же ли там, что за устьем моей руки?
Мир пятерни. Срез
ночи. И мир ресниц.
Тот и другой без
обозримых границ.
И наши с тобой слова,
помыслы и дела
бесконечны, как два
ангельские крыла.
Гнев и возбуждение, без сомнения, делают нас более подверженными заболеваниям. С другой стороны, если ум спокоен и занят положительными мыслями, тело не станет лёгкой добычей для болезни.
В мечте есть сторона, которая лучше действительности, в действительности есть сторона лучше мечты. Полное счастье было бы соединение того и другого.
Надо поставить свою жизнь в такие условия, чтобы труд был необходим. Без труда не может быть чистой и радостной жизни.
Когда не обладаешь мудростью, остаётся любить мудрость, т. е. быть философом.
Есть два желания, исполнение которых может составить истинное счастье человека — быть полезным и иметь спокойную совесть.
В честь солнца — кубок, алый наш тюльпан!
В честь алых губ — и он любовью пьян!
Пируй, весёлый! Жизнь — кулак тяжёлый:
Всех опрокинет замертво в туман.
Будем наслаждаться тем, что имеем, не вдаваясь в сравнения; никогда не будет счастлив тот, кто досадует на более счастливого.