Если вам хочется похвалить кого-то — сделайте это немедленно...
Если вам хочется похвалить кого-то — сделайте это немедленно, а если поругать — отложите до завтра: возможно, вы сочтёте, что этого делать не стоит.
Если вам хочется похвалить кого-то — сделайте это немедленно, а если поругать — отложите до завтра: возможно, вы сочтёте, что этого делать не стоит.
Болтун подобен маятнику: того и другого надо остановить.
Лучший способ защититься — не уподобляться обидчику.
Мир — это музыка, к которой надо найти слова!
Ошибки людей сильного ума именно тем и бывают страшны, что они делаются мыслями множества других людей.
Молодость — недостаток, который быстро проходит.
Если есть любовь на свете — а она есть! — то она недалека от безумия.
В этом мире для человека важнее не то, что его окружает, а то, что у него внутри.
Из пасти льва
струя не журчит и не слышно рыка.
Гиацинты цветут. Ни свистка, ни крика,
никаких голосов. Неподвижна листва.
И чужда обстановка сия для столь грозного лика,
и нова.
Пересохли уста,
и гортань проржавела: металл не вечен.
Просто кем-нибудь наглухо кран заверчен,
хоронящийся в кущах, в конце хвоста,
и крапива опутала вентиль. Спускается вечер;
из куста
сонм теней
выбегает к фонтану, как львы из чащи.
Окружают сородича, спящего в центре чаши,
перепрыгнув барьер, начинают носиться в ней,
лижут морду и лапы вождя своего. И, чем чаще,
тем темней
грозный облик. И вот
наконец он сливается с ними и резко
оживает и прыгает вниз. И всё общество резво
убегает во тьму. Небосвод
прячет звёзды за тучу, и мыслящий трезво
назовёт
похищенье вождя —
так как первые капли блестят на скамейке —
назовёт похищенье вождя приближеньем дождя.
Дождь спускает на землю косые линейки,
строя в воздухе сеть или клетку для львиной семейки
без узла и гвоздя.
Тёплый
дождь
моросит.
Как и льву, им гортань
не остудишь.
Ты не будешь любим и забыт не будешь.
И тебя в поздний час из земли воскресит,
если чудищем был ты, компания чудищ.
Разгласит
твой побег
дождь и снег.
И, не склонный к простуде,
всё равно ты вернёшься в сей мир на ночлег.
Ибо нет одиночества больше, чем память о чуде.
Так в тюрьму возвращаются в ней побывавшие люди
и голубки — в ковчег.
Вера не начало, а конец всякой мудрости.
Я не понимаю, к чему заниматься злословием. Если хочешь насолить кому-либо, достаточно лишь сказать о нём какую-нибудь правду.