Человеческое сознание находится между двумя безднами, верхней...
Человеческое сознание находится между двумя безднами, верхней и нижней, между сверхсознанием и подсознанием. Отсюда нравственная раздвоенность человека.
Человеческое сознание находится между двумя безднами, верхней и нижней, между сверхсознанием и подсознанием. Отсюда нравственная раздвоенность человека.
Перелистайте историю всех народов земли: везде религия превращает невинность в преступление, а преступление объявляет невинным.
Россия — страна неограниченных возможностей и невозможных ограничений.
Женщина в силоновой пижаме
Медленно захлопнула роман.
Хрустнула холёными руками
И заворожёнными глазами
Посмотрела в сумрачный туман.
Муж чертил, сутулясь у стола,
А она под тихий шум метели
Вновь, листая том, произнесла:
— Вот ведь люди как любить умели!
Ради милых уходили в бой,
Ревновали, мучились, рыдали,
Шли на плаху, жертвуя собой,
Даже разум от любви теряли.
Скажешь, я не труженица? Пусть!
Но хочу и я, чтоб жгучий бред,
Чтобы муки, чтоб мольба и грусть!
Женщина я всё же или нет?!
И не хмурь, пожалуйста, бровей!
С каждым днём в тебе всё больше прозы.
Что ты знаешь про огонь страстей?
Про мольбы, страдания и слёзы?
Что могу я вспомнить из прошедшего?
Где тот яркий взрыв в моей судьбе?
Что ты сделал в жизни сумасшедшего? —
— То, что я женился на тебе.
Ты не перестаёшь искать силы и уверенность вовне, а искать следует в себе. Они там всегда и были.
За всё на евреев найдётся судья.
За живость. За ум. За сутулость.
За то, что еврейка стреляла в вождя.
За то, что она промахнулась.
Все попытки ума понять жизнь обречены на провал, потому что все эти понимания временны. Сегодня вы так понимаете жизнь, через месяц — иначе, через десять лет — совершенно по-другому. Жизнь — это таинство, а таинство нельзя понять, его можно только прожить...
Волосы за висок
между пальцев бегут,
как волны, наискосок,
и не видно губ,
оставшихся на берегу,
лица, сомкнутых глаз,
замерших на бегу
против теченья. Раз-
розненный мир черт
нечем соединить.
Ночь напролёт след,
путеводную нить
ищут язык, взор,
подобно борзой,
упираясь в простор,
рассечённый слезой.
Вверх по теченью, вниз —
я. Сомкнутых век
не раскрыв, обернись:
там, по теченью вверх,
что (не труди глаза)
там у твоей реки?
Не то же ли там, что за устьем моей руки?
Мир пятерни. Срез
ночи. И мир ресниц.
Тот и другой без
обозримых границ.
И наши с тобой слова,
помыслы и дела
бесконечны, как два
ангельские крыла.
Дверь полуоткрыта,
Веют липы сладко...
На столе забыты
Хлыстик и перчатка.
Круг от лампы жёлтый...
Шорохам внимаю.
Отчего ушёл ты?
Я не понимаю...
Радостно и ясно
Завтра будет утро.
Эта жизнь прекрасна,
Сердце, будь же мудро.
Ты совсем устало,
Бьёшься тише, глуше...
Знаешь, я читала,
Что бессмертны души.
Лучший брак: когда женщина слепая, а муж глухой.