Любовь — одна, зато подделок под неё тысячи!..
Любовь — одна, зато подделок под неё тысячи!
Любовь — одна, зато подделок под неё тысячи!
Тот, кто не может благодарить, не может и получать. Быть благодарным значит быть счастливым! Благодарность — признак благородства души.
Никто не может быть счастлив, если он не пользуется своим собственным уважением.
И внезапно в вечность вдруг превратился миг.
Карма оказывает конкретное воздействие: недобродетельные действия всегда вызывают страдания, а добродетельные всегда приносят счастье. Если вы сеете добро, то пожнёте счастье; если вы сеете зло, то пожнёте страдание.
Если ваш ум укращён и воспитан, все действия становятся положительными; и, напротив, если ваш ум не укращён и постоянно находится под влиянием желания и ненависти, вы будете накапливать отрицательную карму, хотя ваши действия и могут казаться положительными.
Всегда нужно знать, когда заканчивается очередной этап твоей жизни. Замыкается круг, закрывается дверь, завершается глава — не важно, как ты это назовёшь, важно оставить в прошлом то, что уже принадлежит прошлому...
Давно уже рассказана восточная басня про путника, застигнутого в степи разъярённым зверем. Спасаясь от зверя, путник вскакивает в безводный колодезь, но на дне колодца видит дракона, разинувшего пасть, чтобы пожрать его. И несчастный, не смея вылезть, чтобы не погибнуть от разъярённого зверя, не смея и спрыгнуть на дно колодца, чтобы не быть пожранным драконом, ухватывается за ветви растущего в расщелинах колодца дикого куста и держится на нём. Руки его ослабевают, и он чувствует, что скоро должен будет отдаться погибели, с обеих сторон ждущей его; но он всё держится, и пока он держится, он оглядывается и видит, что две мыши, одна чёрная, другая белая, равномерно обходя стволину куста, на котором он висит, подтачивают её. Вот-вот сам собой обломится и оборвётся куст, и он упадёт в пасть дракону. Путник видит это и знает, что он неминуемо погибнет; но пока он висит, он ищет вокруг себя и находит на листьях куста капли мёда, достаёт их языком и лижет их. Так и я держусь за ветки жизни, зная, что неминуемо ждёт дракон смерти, готовый растерзать меня, и не могу понять, зачем я попал на это мучение. И я пытаюсь сосать тот мёд, который прежде утешал меня; но этот мёд уже не радует меня, а белая и чёрная мышь — день и ночь — подтачивают ветку, за которую я держусь. Я ясно вижу дракона, и мёд уже не сладок мне. Я вижу одно — неизбежного дракона и мышей, — и не могу отвратить от них взор. И это не басня, а это истинная, неоспоримая и всякому понятная правда.
Беспечно не пил никогда я чистого вина,
Пока мне чаша горьких бед была не подана.
И хлеб в солонку не макал, пока не насыщался
Я сердцем собственным своим, сожжённым дочерна.
Я спросил у мудрейшего: «Что ты извлёк
Из своих манускриптов?» Мудрейший изрёк:
«Счастлив тот, кто в объятьях красавицы нежной
По ночам от премудростей книжных далёк!»