Афоризмы

Я заметила, что если не кушать хлеб, сахар, жирное мясо, не пить пиво с рыбкой — морда становится меньше, но грустнее.

Фаина Раневская

С этими «добрыми утрами» надо бороться, как с клопами, тут нужен дуст. Умиляющуюся девицу и авторов надо бить по черепу тяжёлым утюгом, но это недозволенный приём, к великому моему огорчению. Все эти радиобарышни, которые смеются счастливым детским смехом, порождают миллионы идиотов, а это уже народное бедствие. В общем, всех создателей «Весёлых спутников» — под суд! «С добрым утром» — туда же, «В субботу вечером» — коленом под зад! «Хорошее настроение» — на лесозаготовки, где они бы встретились (бы!) с руководством Театра им. Моссовета и его главарём — маразмистом-затейником Завадским.

Фаина Раневская

Когда у попрыгуньи болят ноги, она прыгает сидя.

Фаина Раневская

Ничего кроме отчаянья от невозможности что-либо изменить в моей судьбе.

Фаина Раневская

Талант — как бородавка — либо он есть, либо его нет.

Фаина Раневская

Жизнь проходит и не кланяется, как сердитая соседка.

Фаина Раневская

Сколько лет мне кричали на улице мальчишки: «Муля, не нервируй меня!» Хорошо одетые надушенные дамы протягивали ручку лодочкой и аккуратно сложенными губками, вместо того чтобы представиться, шептали: «Муля, не нервируй меня!» Государственные деятели шли навстречу и, проявляя любовь и уважение к искусству, говорили доброжелательно: «Муля, не нервируй меня!» Я не Муля. Я старая актриса и никого не хочу нервировать. Мне трудно видеть людей.

Фаина Раневская

— Фаина Георгиевна, Вы опять захворали? А какая у Вас температура?
— Нормальная, комнатная, плюс восемнадцать градусов.

Фаина Раневская

Соседка, вдова моссоветовского начальника, меняла румынскую мебель на югославскую, югославскую на финскую, нервничала. Руководила грузчиками... И умерла в 50 лет на мебельном гарнитуре. Девчонка!

Фаина Раневская

Мне иногда кажется, что я ещё живу только потому, что очень хочу жить. За 53 года выработалась привычка жить на свете. Сердце работает вяло и всё время делает попытки перестать мне служить, но я ему приказываю: «Бейся, окаянное, и не смей останавливаться».

Фаина Раневская