Афоризмы

Свобода подавленная и вновь обретённая сопротивляется яростней, чем свобода, которой никогда ничего не угрожало.

Марк Туллий Цицерон

Жизнь — это подняться, опуститься и жить дальше с запасом высоты.

Михаил Жванецкий

Живи сегодня — а вчера и завтра
Не так важны в земном календаре.

Омар Хайям

Любовь должна быть такого качества, чтобы она приносила свободу, не новые цепи; любовь даёт тебе крылья и поддерживает в том, чтобы летать как можно выше.

Ошо

Отдых нужен и тем, кто ничего не делает. Демотиватор

Легко слова Эзопа эти
Ко всем эпохам приложить:
«Хотя и плохо жить на свете,
Но это лучше, чем не жить».

Игорь Губерман

Благородный человек предъявляет требования к себе, низкий человек предъявляет требования к другим.

Конфуций

Лет десять назад новая пара кроссовок, привезённая дальним родственником из-за бугра, становилась точкой отсчёта нового периода в жизни — рисунок подошвы был подобием узора на ладони, по которому можно было предсказать будущее на год вперёд. Счастье, которое можно было извлечь из такого приобретения, было безмерным. Теперь, чтобы заслужить право на такой же его объём, надо было покупать как минимум джип, а то и дом... Инфляция счастья.

Виктор Пелевин

Он писал ей стихи на снегу, на снегу.
К сожалению, тают снега.

Владимир Высоцкий

Открытий много, и тому причина —
Блестящий гений и пустой карман.

Джордж Байрон

Вера состоит в том, что мы верим всему, чего не видим; а наградой за веру является возможность увидеть то, во что мы верим.

Аврелий Августин

Измени отношение к вещам, которые тебя беспокоят, и ты будешь от них в безопасности.

Марк Аврелий

Нет, жить можно, жить нужно и — много:
Пить, страдать, ревновать и любить, —
Не тащиться по жизни убого —
А дышать ею, петь её, пить!

А не то и моргнуть не успеешь —
И пора уже в ящик играть.
Загрустишь, захандришь, пожалеешь —
Но... пора уж на ладан дышать!

Владимир Высоцкий

Мы в ненависти все отрады больше видим,
Мы любим второпях, но дольше ненавидим.

Джордж Байрон

Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером
подышать свежим воздухом, веющим с океана.
Закат догорал в партере китайским веером,
и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

Четверть века назад ты питала пристрастье к люля и к финикам,
рисовала тушью в блокноте, немножко пела,
развлекалась со мной; но потом сошлась с инженером-химиком
и, судя по письмам, чудовищно поглупела.

Теперь тебя видят в церквях в провинции и в метрополии
на панихидах по общим друзьям, идущих теперь сплошною
чередой; и я рад, что на свете есть расстоянья более
немыслимые, чем между тобой и мною.

Не пойми меня дурно. С твоим голосом, телом, именем
ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
но забыть одну жизнь — человеку нужна, как минимум,
ещё одна жизнь. И я эту долю прожил.

Повезло и тебе: где ещё, кроме разве что фотографии,
ты пребудешь всегда без морщин, молода, весела, глумлива?
Ибо время, столкнувшись с памятью, узнает о своём бесправии.
Я курю в темноте и вдыхаю гнильё отлива.

Иосиф Бродский