Супругою твоей я так пленился...
Супругою твоей я так пленился,
Что если б три в удел достались мне,
Подобные во всём твоей жене,
То даром двух я б отдал сатане,
Чтоб третью лишь принять он согласился.
Супругою твоей я так пленился,
Что если б три в удел достались мне,
Подобные во всём твоей жене,
То даром двух я б отдал сатане,
Чтоб третью лишь принять он согласился.
Сон — это малая мистерия смерти, сон есть первое посвящение в смерть.
Проснись, любовь! Твоё ли остриё
Тупей, чем жало голода и жажды?
Как ни обильны яства и питьё,
Нельзя навек насытиться однажды.
Так и любовь. Её голодный взгляд
Сегодня утолён до утомленья,
А завтра снова ты огнём объят,
Рождённым для горенья, а не тленья.
Чтобы любовь была нам дорога,
Пусть океаном будет час разлуки,
Пусть двое, выходя на берега,
Один к другому простирают руки.
Пусть зимней стужей будет этот час,
Чтобы весна теплей пригрела нас!
Ждём вторую молодость, а приходит второй подбородок.
Океан, состоящий из капель, велик.
Из пылинок слагается материк.
Твой приход и уход не имеет значенья.
Просто муха в окно залетела на миг...
Я клялся — ты прекрасна и чиста,
А ты как ночь, как ад, как чернота.
Если вы хотите вести счастливую жизнь, вы должны быть привязаны к цели, а не к людям или к вещам.
Я всё равно ни о чём не жалею — хотя бы потому, что это бессмысленно.
Нет безнадёжных больных. Есть только безнадёжные врачи.
Сусальным золотом горят
В лесах рождественские ёлки,
В кустах игрушечные волки
Глазами страшными глядят.
О, вещая моя печаль,
О, тихая моя свобода
И неживого небосвода
Всегда смеющийся хрусталь!
Стыдно быть бедным и занимать низкое положение, когда в государстве царит закон; равно стыдно быть богатым и знатным, когда в государстве царит беззаконие.