После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго...
После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго — в искажённом, а потом уже — в истинном свете, и это — самое страшное, что может быть.
После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго — в искажённом, а потом уже — в истинном свете, и это — самое страшное, что может быть.
Гораздо более важно то, что ты думаешь о самом себе, чем то, что другие думают о тебе.
Один из самых полезных жизненных навыков — это умение быстро забывать всё плохое: не зацикливаться на неприятностях, не жить обидами, не упиваться раздражением, не таить злобу. Не стоит тащить разный хлам в свою душу.
Не нужно брать пример с камня. Камень выглядит очень сильным, но это не так; вода кажется очень слабой, но это не так.
Никогда не позволяйте себе обмануться внешней прочностью камня. В конце концов побеждает вода: камень разрушается и превращается в песок, и его уносит в море.
В конце концов камень разрушается — под действием мягкой воды.
Камень относится к «мужскому началу»; это мужской, агрессивный ум. Вода — женственная, мягкая, любящая — совершенно не агрессивна. И не-агрессивность побеждает.
Вода всегда готова сдаться, но через это она побеждает — таков способ женщины.
Женщина всегда сдаётся и через это побеждает.
А мужчина хочет завоёвывать, но в результате он терпит поражение, и ничего больше.
— Как Вы думаете, меня Бог простит — что я так многих целовала?
— А Вы думаете — Бог считал?
— Я — тоже не считала.
У любви есть три измерения. Одно — это измерение зависимости; оно случается с большинством людей. Муж зависит от жены, жена зависит от мужа; они эксплуатируют друг друга, подчиняют себе друг друга, принижают друг друга до товара. В девяноста девяти процентах случаев в мире происходит именно это. Именно поэтому любовь, которая может открывать двери рая, открывает лишь двери ада.
Вторая возможность — это любовь между двумя независимыми людьми. Это тоже изредка происходит. Но и это приносит страдание, потому что продолжается постоянный конфликт. Невозможна никакая сонастроенность; оба так независимы, что никто не готов пойти на компромисс, подстроиться под другого. С поэтами, художниками, мыслителями, учёными, со всеми теми, кто живёт в своего рода независимости, по крайней мере, в своих умах, невозможно жить; они слишком эксцентричные люди. Они дают другому свободу, но их свобода кажется скорее безразличием, чем свободой, и выглядит так, словно им всё равно, словно для них это не имеет значения. Они предоставляют друг другу жить в своём пространстве. Отношения кажутся только поверхностными; они боятся идти глубже друг в друга, потому что они более привязаны к своей свободе, чем к любви и не хотят идти на компромисс.
И третья возможность — взаимозависимость. Это случается очень редко, но когда это случается, это рай на земле. Два человека, ни зависимые, ни независимые, но в безмерной синхронности, будто бы дыша вместе, одна душа в двух телах — когда случается это, происходит любовь. Называйте любовью только это. Первые два типа на самом деле не любят, они просто принимают меры — социальные, психологические, биологические меры. Третье — это нечто духовное.
В чистом поле, чисто поезд, чисто мчится, в чистом поле!
Жизнь — это всего лишь нескончаемый ряд счастливых возможностей выжить.
Есть люди, в которых живёт Бог; есть люди, в которых живёт Дьявол; а есть люди, в которых живут только глисты.
Надо много учиться, чтобы осознать, что знаешь мало.
Окончательно соскучившись мы перестаём скучать.