В детстве у меня не было детства...

Если хочешь, чтобы у тебя было мало времени, — ничего не делай.

Антон Чехов

Милое, дорогое, незабвенное детство! Отчего оно, это навеки ушедшее, невозвратное время, отчего оно кажется светлее, праздничнее и богаче, чем было на самом деле?

Антон Чехов

Ложно присваивать себе какое-либо свойство, кичиться им — значит добровольно сознаваться в том, что у нас его нет. Кичится ли человек своим умом, учёностью, остроумием, успехом у женщин, богатством, знатным родом или чем-то иным, — отсюда можно заключить, что у него как раз по этой части имеется некоторый недостаток, ибо кто действительно обладает данным качеством, тому не придёт в голову подчёркивать и выставлять его напоказ.

Артур Шопенгауэр

Когда одни сыты, умны и добры, а другие голодны, глупы и злы, то всякое благо ведёт только к раздору, увеличивая неравенство людей.

Антон Чехов

Теперь не время думать о том, чего у тебя нет. Подумай о том, как бы обойтись с тем, что есть.

Эрнест Хемингуэй

Желание и любовь имеют объектами вещи или качества, которыми человек в настоящее время не обладает, но которых ему недостает.

Сократ

Берегись изысканного языка. Язык должен быть прост и изящен.

Антон Чехов

Заяц повзрослел, когда перестал верить в Деда Мазая. Демотиватор

До рождения ты не нуждался ни в чём,
А родившись, нуждаться во всём обречён.
Только сбросишь гнёт постыдного тела,
Снова станешь свободным, как Бог, богачом.

Омар Хайям

Не записанная мысль — потерянная мысль.

Антон Чехов

Как много в жизни такого, чего нельзя выразить словами! Слишком мало на земле слов.

Марина Цветаева

Все мы на свете друг другу нужны, ищите своего человека.

Антон Чехов

Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моём лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я её отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей её половины.

Михаил Лермонтов

Нет никаких «вторых половинок». Есть просто отрезки времени, в которые нам с кем-то хорошо. Три минуты. Два дня. Пять лет. Вся жизнь.

Антон Чехов

Бывает так, что на горизонте мелькнут журавли, слабый ветер донесёт их жалобный крик, а через минуту, с какой жадностью ни вглядывайся в синюю даль, не увидишь ни точки, ни услышишь ни звука — так точно люди с их лицами и речами мелькают в жизни и утопают в нашем прошлом, оставляя ничего больше, кроме ничтожных следов памяти.

Антон Чехов

Когда любишь, то такое богатство открываешь в себе, столько нежности, ласковости, даже не верится, что так умеешь любить.

Антон Чехов

Человек любит поговорить о своих болезнях, а между тем это самое неинтересное в его жизни.

Антон Чехов

А вы знаете, кто хоть раз в жизни поймал ерша, или видел осенью перелётных дроздов, как они в ясные, прохладные дни носятся стаями над деревней, тот уже не городской житель, и его до самой смерти будет потягивать на волю.

Антон Чехов

Русский человек любит вспоминать, но не любит жить.

Антон Чехов

В семейной жизни самый важный винт — это любовь, половое влечение, едина плоть, всё же остальное — ненадёжно и скучно, как бы умно мы ни рассчитывали.

Антон Чехов