Есть много вещей, которые мы хотели бы выбросить, но боимся...
Есть много вещей, которые мы хотели бы выбросить, но боимся, что другие могут их забрать.
Есть много вещей, которые мы хотели бы выбросить, но боимся, что другие могут их забрать.
Я человеколюбив, поэтому могу стать храбрым. Я бережлив, поэтому могу быть щедрым. Я не смею быть впереди других, поэтому могу быть умным вождём.
На этот раз тебя зовут Татьяна.
Краткость — сестра таланта.
Друг всем — ничей друг.
Женщина должна одеваться так, чтобы её было приятно раздевать.
Встать спиной к спине, в шахматном порядке, по диагонали.
Почему слушающий засыпает, а говорящий нет? Тот больше устаёт.
Я не сплю сутками, с курами тоже не сплю.
Чтобы быть счастливым, надо жить в своём собственном раю! Неужели вы думали, что один и тот же рай может удовлетворить всех людей без исключения?
Женщина, если она твоя, — не уйдёт. Если уходит — значит, не твоя.
Боязливая и мечтательная нерешительность ползёт за ленью и влечёт за собой бессилие и нищету.
У Раневской спросили: что для неё самое трудное?
— О, самое трудное я делаю до завтрака, — сообщила она.
— И что же это?
— Встаю с постели.
Я выхожу в свет только для того, чтобы заново почувствовать желание побыть одному.
Сила — это нечто, с чем имеет дело воин. Вначале она кажется человеку чем-то совершенно невероятным, противоестественным, в существование чего невозможно поверить, о чём даже думать трудно, не то чтобы её себе представить... Но потом она превращается в нечто серьёзное, и отношение к ней соответственно изменяется. Человек может ею не обладать, он может даже в полной мере не осознавать её существования, но он уже чувствует, он уже знает — в мире присутствует что-то, чего до этого он не замечал. А затем сила даёт о себе знать, она приходит к человеку, и он не может ничего с этим поделать, так как сила для него пока остаётся неуправляемой. Не существует слов, которыми можно было бы описать, как она приходит и чем в действительности является. Она — ничто, и в то же время ей подвластны чудеса, и чудеса эти человек видит собственными глазами. И, наконец, сила становится чем-то, присущим самому человеку, превращается в нечто, что изнутри управляет его действиями и в то же время подчиняется его командам, подвластно его решениям.