Кто не любит одиночества — тот не любит свободы...

Каждое общество прежде всего требует взаимного приспособления и принижения, а потому, чем оно больше, тем пошлее. Каждый человек может быть вполне самим собою только пока он одинок. Стало быть, кто не любит одиночества — не любит также и свободы, ибо человек бывает свободен лишь тогда, когда он один. Принуждение есть нераздельный спутник каждого общества; каждое общество требует жертв, которые оказываются тем тяжелее, чем значительнее собственная личность.

Артур Шопенгауэр

Счастье — это чувство свободы от боли.

Артур Шопенгауэр

Что касается людей, выдающегося ума, то вполне естественно, что эти истинные воспитатели человечества питают не больше склонности к тому, чтобы вступить в общение с другими, чем педагог к тому, чтобы вмешаться в шумную игру детей. Ведь они, рождённые для того, чтобы направить мир чрез море лжи к истине и вывести его из глубокой пропасти дикости и пошлости — на свет, к высокой культуре и благородству, — они, хотя и живут среди людей, однако, всё же не принадлежат, в сущности к их обществу и потому уже с юности сознают себя значительно отличающимися от них существами; впрочем, вполне ясное сознание этого слагается не сразу, а с годами.

Артур Шопенгауэр

Одиночество есть жребий всех выдающихся умов.

Артур Шопенгауэр

Уединение избавляет нас от необходимости жить постоянно на глазах у других и, следовательно, считаться с их мнениями.

Артур Шопенгауэр

Стадо дикобразов легло в один холодный зимний день тесною кучей, чтобы, согреваясь взаимной теплотою, не замёрзнуть. Однако вскоре они почувствовали уколы от игл друг друга, что заставило их лечь подальше друг от друга. Затем, когда потребность согреться вновь заставила их придвинуться, они опять попали в прежнее неприятное положение, так что они метались из одной печальной крайности в другую, пока не легли на умеренном расстоянии друг от друга, при котором они с наибольшим удобством могли переносить холод.

— Так потребность в обществе, проистекающая из пустоты и монотонности личной внутренней жизни, толкает людей друг к другу; но их многочисленные отталкивающие свойства и невыносимые недостатки заставляют их расходиться. Средняя мера расстояния, которую они наконец находят как единственно возможную для совместного пребывания, это — вежливость и воспитанность нравов. Тому, кто не соблюдает должной меры в сближении, в Англии говорят: «keep your distance»! Хотя при таких условиях потребность во взаимном тёплом участии удовлетворяется лишь очень несовершенно, зато не чувствуются и уколы игл.

— У кого же много собственной, внутренней теплоты, тот пусть лучше держится вдали от общества, чтобы не обременять ни себя, ни других.

Артур Шопенгауэр

Каждый человек любит или ненавидит одиночество, то есть своё собственное общество, соразмерно своей внутренней ценности.

Артур Шопенгауэр

Человек избегает, выносит или любит одиночество сообразно с тем, какова ценность его «Я».

Артур Шопенгауэр

Каждый человек может вполне быть самим собою только пока он одинок.

Артур Шопенгауэр

Чем совершенней создан природой человек, тем неизбежнее, тем полнее он одинок.

Артур Шопенгауэр

Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты.

Артур Шопенгауэр

В одиночестве каждый видит в себе то, что он есть на самом деле.

Артур Шопенгауэр

Привыкнуть быть в обществе в известной мере одиноким, следовательно, не высказывать всего что он думает, и с другой стороны не очень доверять тому, что скажут люди; не ждать от них многого ни в моральном, ни в умственном отношении и выработать в себе то равнодушие к их мнениям, при котором только и может создаться истинная терпимость.

Артур Шопенгауэр

Влечение к обособлению и одиночеству воспитано чувством аристократическим. Всякий сброд чрезвычайно общителен; принадлежность к более благородному разряду обнаруживается в том, что он не находит никакой радости быть с другими, а предпочитает их обществу одиночество.

Артур Шопенгауэр

Упускать внутреннее, для выигрыша во внешнем, т. е. ради блеска, сана, пышности, титула и почёта жертвовать вполне или большей частью спокойствия, досуга и независимости, — отчаянная глупость.

Артур Шопенгауэр

До меня философы заняты были учением о свободе воли; я же учу о всемогуществе воли.

Артур Шопенгауэр

Иметь в себе самом столько содержания, чтобы не нуждаться в обществе, есть уже потому большое счастье, что почти все наши страдания истекают из общества, и спокойствие духа, составляющее после здоровья самый существенный элемент нашего счастья, в каждом обществе подвергаются опасности, а потому и невозможно без известной меры одиночества.

Артур Шопенгауэр

Принуждение — неразлучный спутник всякого общества, и всякое общество требует жертв, которые оказываются тем тяжелее, чем ярче наша собственная индивидуальность. Поэтому человек избегает уединения, мирится с ним или любит его — в точном соответствии с ценой своей собственной личности. Наедине с собой убогий чувствует всё своё убожество, а великий ум — всю свою глубину: словом, всякий тогда сознаёт себя тем, что он есть.

Артур Шопенгауэр

Все наши беды от того, что мы не можем быть одиноки.

Артур Шопенгауэр

Людей делает общительными их неспособность переносить одиночество, — то есть самих себя.

Артур Шопенгауэр