И, словно преступленье, меня к тебе влечёт...
И, словно преступленье,
Меня к тебе влечёт
Искусанный в смятеньи
Вишнёвый нежный рот...
Вернись ко мне скорее,
Мне страшно без тебя,
Я никогда сильнее
Не чувствовал тебя.
И, словно преступленье,
Меня к тебе влечёт
Искусанный в смятеньи
Вишнёвый нежный рот...
Вернись ко мне скорее,
Мне страшно без тебя,
Я никогда сильнее
Не чувствовал тебя.
Кто ран не знал, над раною хохочет.
Уровень культуры мужчины определяется его отношением к женщине.
Самая тяжёлая болезнь на свете, это привычка думать. Она не излечима.
В любимом человеке надо находить себя, а не терять себя в нём.
Мы многое усложняем. То, к чему можно отнестись проще, мы разбираем на части, подкрепляем опасениями, пропитываем эмоциями, а потом носимся с этим грузом, ищем, куда бы его сбросить или на кого взвалить...
Ты жива ещё моя старушка?
Жив и я, хотя и подустал.
Зарифмую, впрочем нет, не нужно,
Я тебя и так зарифмовал.
Утро. Замурован я в диване,
Я пишу стихи на простыне,
Словно бы весенней гулкой ранью
Проскакали лошади по мне.
Знаю, для тебя любовь находка,
Но зачем так громко, долго так,
По всему Тверскому околотку
Будут говорить, что я — маньяк.
Не жалею, не зову, не плачу,
Не могу, не в силах, не хочу.
Я и сам достаточно горячий,
Но тебе давно пора к врачу.
Год пройдёт, у нас родятся дети.
Тьфу, тьфу, тьфу, похожи на меня.
Только ты меня уж на рассвете
Не буди, коронками звеня.
Хочется мне как-то подытожить,
Всё, что я тут пережил за ночь.
Кто любил — любить, наверное, сможет.
Кто тебя — тому уж не помочь.
За покинутым бедным жилищем,
Где чернеют остатки забора,
Старый ворон с оборванным нищим
О восторгах вели разговоры.
Старый ворон в тревоге всегдашней
Говорил, трепеща от волненья,
Что ему на развалинах башни
Небывалые снились виденья.
Что в полёте воздушном и смелом
Он не помнил тоски их жилища
И был лебедем, нежным и белым,
Принцем был отвратительный нищий.
Нищий плакал бессильно и глухо.
Ночь тяжёлая с неба спустилась.
Проходившая мимо старуха
Учащённо и робко крестилась.
Мы — послушные куклы в руках у творца!
Это сказано мною не ради словца.
Нас по сцене всевышний на ниточках водит
И пихает в сундук, доведя до конца.
Стать старым — значит уже пуститься в новое предприятие; все обстоятельства изменяются, и необходимо или совершенно прекратить свою деятельность, или осознанно и намеренно взять на себя новую роль.
Подлинное сострадание есть сопереживание нравственной оправданности страдающего.