Если мы перестанем делать глупости — значит, мы состарились...
Если мы перестанем делать глупости — значит, мы состарились.
Если мы перестанем делать глупости — значит, мы состарились.
Я познание сделал своим ремеслом,
Я знаком с высшей правдой и с низменным злом.
Все тугие узлы я распутал на свете
Кроме смерти, завязанной мёртвым узлом.
Я прочёл уйму книг,
И набит мой чердак —
То ли мудрый старик,
То ли старый м*дак.
В России закон — не указатель. Это совет.
Нас мало — юных, окрылённых,
не задохнувшихся в пыли,
ещё простых, ещё влюблённых
в улыбку детскую земли.
Мы только шорох в старых парках,
мы только птицы, мы живём
в очарованье пятен ярких,
в чередованьи звуковом.
Мы только мутный цвет миндальный,
мы только первопутный снег,
оттенок тонкий, отзвук дальний,—
но мы пришли в зловещий век.
Навис он, грубый и огромный,
но что нам гром его тревог?
Мы целомудренно бездомны,
и с нами звёзды, ветер, Бог.
Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
Не указчики вам кнут и плеть!
Но что-то кони мне попались привередливые —
И дожить не успел, мне допеть не успеть.
Ну как на свете радость сбережёшь?
А ты послушай сердцем и услышишь:
— Пока ты дышишь — ты всего лишь дышишь,
А вот пока ты любишь — ты живёшь.
Каменный уголь был рощей в поле,
Но всё пережил он, и даже боле,
И, чёрный, он солнце в себе хранит,
А если горит — горячо горит.
Спичка такой же шумела рощей,
Однако душа её много проще:
Вспыхнуть? В мгновение соглашается!
Но гаснет так же, как загорается.
Не обнимайте, кого придётся,
Не всё хорошо, что легко даётся!
Эгоизм — это основная черта благородной души.
Ночь несёт в себе покой для старых и надежду для юных.
Ваш враг и ваш друг работают сообща, чтобы поразить вас в самое сердце: один говорит о вас гадости, другой передаёт вам его слова.
Бог — это добровольная причина всех вещей.