В самом обыкновенном найти невероятное, а в невероятном — обыкновенное...
В самом обыкновенном найти невероятное, а в невероятном — обыкновенное — настоящее искусство.
В самом обыкновенном найти невероятное, а в невероятном — обыкновенное — настоящее искусство.
Не знаю благодатней и бездонней
Дарованных как Божеская милость
Двух узких и беспомощных ладоней,
В которые судьба моя вместилась.
Кто понял жизнь тот больше не спешит,
Смакует каждый миг и наблюдает,
Как спит ребёнок, молится старик,
Как дождь идёт и как снежинки тают.
В обыкновенном видит красоту,
В запутанном простейшее решенье,
Он знает, как осуществить мечту,
Он любит жизнь и верит в воскресенье,
Он понял то, что счастье не в деньгах,
И их количество от горя не спасёт,
Но кто живёт с синицею в руках,
Свою жар-птицу точно не найдёт.
Кто понял жизнь, тот понял суть вещей,
Что совершенней жизни только смерть,
Что знать, не удивляясь, пострашней,
Чем что-нибудь не знать и не уметь.
Ушла. Умчалась гордо, словно птица.
Но, встретившись с реальною судьбой,
Что не щадя заставит приземлиться,
Ты будешь тем лишь целый век гордиться,
Что я знаком когда-то был с тобой!
Давно уже две жизни я живу,
Одной — внутри себя, другой — наружно;
Какую я реальной назову?
Не знаю, мне порой в обеих чуждо.
Если ваш ум находится под контролем и уравновешен, то даже если бы вся вселенная ополчилась на вас, вы не будете чувствовать себя в опасности или несчастливым. С другой стороны, если вы внутренне встревожены и возбуждены, вам не захочется полакомиться даже предложенным вам самыми изысканными яствами. Вы можете слышать приятные вам вещи, но не будете испытывать радости. Таким образом, ощущение вами счастья и страдания зависит от того, дисциплинирован ваш ум или нет.
Не слишком известный пейзаж, улучшенный наводнением.
Видны только кроны деревьев, шпили и купола.
Хочется что-то сказать, захлёбываясь, с волнением,
но из множества слов уцелело одно «была».
Так отражаются к старости в зеркале бровь и лысина,
но никакого лица, не говоря — муде.
Повсюду сплошное размытое устно-письменно,
сверху — рваное облако и ты стоишь в воде.
Скорей всего, место действия — где-то в сырой Голландии,
ещё до внедренья плотины, кружев, имён де Фриз
или ван Дайк. Либо — в Азии, в тропиках, где заладили
дожди, разрыхляя почву; но ты не рис.
Ясно, что долго накапливалось — в день или в год по капле, чьи
пресные качества грезят о новых солёных га.
И впору поднять перископом ребёнка на плечи,
чтоб разглядеть, как дымят вдали корабли врага.
Счастливее всех тот, кто зависит только от себя и в себе одном видит всех.
Разве бывает надежда без примеси страха?
Некоторые люди проводят жизнь в поисках любви вне их самих... Пока любовь в моём сердце, она повсюду.